Хорошего понемножку

Будем посмотреть

Previous Entry Поделиться Next Entry
Что мы знаем об истории рождественских и новогодних хитов?
algre

 Cтатья посвящена песням, пришедшим в нашу жизнь с советского экрана.

 «Расскажи, Снегурочка» (1974)

К 1974 году популярность «Ну, погоди!» (нашего варианта «Тома и Джерри») уже зашкаливала за все возможные пределы. Каждый выпуск мультсериала о «фулюгане»-неудачнике волке и положительном находчивом зайце обычно посвящался какой-либо теме (пляж, парк отдыха, спорт, деревня). Пришло время и новогоднего, 8-го выпуска.

Сериал «Ну, погоди!» всегда отличался обилием самой разнообразной музыки – от советской до западной (именно там я впервые услышал мелодии группы VENTURES или дуэта СОННИ И ШЕР). Однако именно для новогоднего выпуска была впервые сочинена и записана оригинальная песня – знаменитый травести-дуэт волка в образе Снегурочки и зайца в образе Деда Мороза. И ранее немногословным Анатолию Папанову и Кларе Румяновой пришлось в полный голос запеть.

Слова песни придумал знаменитый автор «Бременских музыкантов», «Антошки» и «Чунга-Чанги» – Юрий Энтин, а музыку сочинил не менее знаменитый Геннадий Гладков.

Ю. Энтин:
«...у меня много песен про Новый год. Это единственный праздник, который я очень любил. Поэтому и появились на свет «Кабы не было зимы», «Расскажи, Снегурочка, где была»...»

Первоначально в песне был и третий куплет, но его сочли слишком фривольным. Вот он:

«– Ты меня, любезная, извини
И свою любовь ко мне сохрани.
– Как же не винить тебя, милый дед?!
Столько зим потрачено, столько лет!»

Как ни странно, ни поэт, ни композитор не считали поначалу эту композицию удачной.

Ю. Энтин:
«...Мы как-то вот эту песню оба с ним не считали высококачественным нашим произведением. Но у публики было совершенно другое мнение. Буквально все вставали, когда звучала эта песня, всем нам подпевали. Побеждала вот эта простая песенка.
Я думаю, огромная тут заслуга Клары Румяновой и ее партнера. Она ведь ваяла образ Деда Мороза, а Анатолий Папанов был Снегурочкой. Я помню, когда была запись этой песни, то, как ни странно, очень смелый и решительный при озвучивании своих ролей Папанов даже слегка заробел перед мастерством и абсолютным слухом Клары Румяновой. Потому что он не попадал. Она билась, учила его, и он подчинялся».

Впоследствии въедливые исследователи нашли в сцене дуэта киноляп – на ногах «Снегурочки» то появлялись, то исчезали чулки. Но, думаю, первые зрители этого выпуска «Ну, погоди!» были так поглощены действом и песней, что вряд ли что-то заметили.

«Маленькой ёлочке холодно зимой» (1935)

После Октябрьской революции 1917 года в запале построения нового мира и ненависти к старому досталось и Рождеству. До 1935 года годов этот «буржуазно-церковный» праздник был отменен. Однако постепенно общество стало возвращаться к традициям, связывать цепь времен. Конечно, происходило это с учетом новых реалий, поэтому Рождество на госуровне никто праздновать не собирался. Зато стране вернули Новый год с ёлками и Дедом Морозом. Для праздничных мероприятий возобновили производство елочных игрушек, а от пишущей братии потребовались праздничные сценарии и песни.

Тут-то и пригодилось стихотворение поэтессы Зинаиды Александровой. Впрочем, поэтессой она стала не сразу. Ее детство пришлось на тяжелые годы революции, и в 1919 году она потеряла родителей (отец умер от туберкулеза, мать – от сыпного тифа) и была определена в детдом. Хотя именно там Зинаида стала писать первые стихи, на жизнь ими зарабатывать не собиралась, и после детдома отправилась работать на прядильную фабрику. Подруги Александровой, зная о ее хобби, втихую отослали ее стихи в журнал «Работница и Крестьянка». И их напечатали! Постепенно публикаций становилось больше, и к 1930-м годам Зинаида стала профессионально работать в литературе – прежде всего детской.

С возрождением Нового года Александрова извлекла из своих архивов стихотворение о замерзшей ёлочке, которую добрые дети забрали домой и украсили праздничными игрушками. Музыку написал Михаил Красев, и вскоре песня стала постоянным спутником всех новогодних детских утренников. Поют ее в разных вариантах, потому что само стихотворение Александровой достаточно длинное:

Маленькой елочке холодно зимой.
Из лесу елочку взяли мы домой.
Беленький заинька ёлочку просил:
«Мятного пряничка зайке принеси!»

Белочка прыгала в шубке голубой:
«Елочка, елочка, я пойду с тобой!»
Маленькой елочке в комнатах тепло,
Заяц и белочка дышат на стекло.

Красные зяблики вьются у окна,
В теплой проталине елочка видна.
Сколько на елочке шариков цветных,
Розовых пряников, шишек золотых!

Елочка, елочка, яркие огни!
Синими бусами, елочка, звени,
Ветку нарядную ниже опусти,
Нас шоколадною рыбкой угости!

Сколько под елочкой маленьких ребят!
Топают, хлопают, весело кричат.
Встанем под елочкой в дружный хоровод,
Весело, весело встретим Новый год!

В постсоветской России песню даже переделали на рождественский манер, хотя такой вариант вряд ли приживется. Ведь уже давно ёлка ассоциируется не с религиозным Рождеством, а со светским Новым годом.

 

«Песенка про пять минут» (1956)

Думаю, никто не будет спорить, что первым настоящим новогодним советским фильмом стала «Карнавальная ночь». Появился этот фильм с подачи режиссера и директора «Мосфильма» Ивана Пырьева, который решил воскресить к жизни давно пылившийся на полке сценарий Бориса Ласкина и Владимира Полякова. Задание снять фильм было дано молодому режиссеру Эльдару Рязанову, который до этого момента работал только в документальном жанре.

Сценарий Рязанову… не понравился – ведь он мечтал о драмах, а не о водевилях. Рязанов даже попытался удрать от съемок в отпуск, но Пырьев просто порвал его билеты и путевку, сказав, что «Надо, Эльдар, надо».
Начался подбор актеров. Сперва на роль главной героини – Леночки Крыловой – планировалась... другая актриса, но что-то не задалось. И тут в коридорах ВГИКа Пырьев натолкнулся на тоненькую молоденькую студентку Люсю Гурченко. «Где-то я вас видел?» – прищурился режиссер. «На кинопробах «Карнавальной ночи», – ответила студентка. – Вы меня точно вспомните. Я единственная вживую пела песенку Лолиты Торрес». «Пели вы, действительно хорошо, – припомнил Пырьев. – Только зачем так кривлялись?». Слово за слово, и вот уже Гурченко пробуется на роль Леночки. Умение петь, безусловно, сыграло свою роль.

А песен в фильме хватало! Написал их композитор Анатолий Лепин – возможно вы вспомните его музыку из к/ф «Здравствуй, Москва», «Сын полка», «Девушка без адреса», «Мы где-то с вами встречались» и др. Финальная «Песенка про пять минут», после которой собственно и наступает Новый год, была написана на стихи Владимира Лившица. Слова же второй знаменитой песни фильма написал другой поэт – Вадим Коростелев.

В. Коростелёв:
«– Вот что, – без лишних вступлений начал Пырьев, – нам крайне необходима в фильме песенка о хорошем настроении, и ты должен срочно написать её текст. Что для этого нужно?
– Главное вы уже подсказали, – отвечаю ему, – в ней обязательны слова о хорошем настроении. Остальное приложится…
– Я тебе говорю о характере песни, а слова про хорошее настроение на музыку не ложатся, и петь такую галиматью никто и никогда не будет, – раздражённо бросил Пырьев.
– Постараюсь сделать так, чтоб запели, и вы первый их запоёте…
Иван Александрович не стал продолжать этот спор, а запер меня в своём кабинете, заявив, что, пока текст песни не будет написан, меня из студии не выпустит.
Через сутки или двое с рижским поездом от Лепина пришёл пакет с партитурой «Песенки о хорошем настроении». Пырьев прослушал её, остался доволен и приказал срочно записывать».

Песни записывал оркестр Эдди Рознера. И поначалу они музыкантам не приглянулись.

Юрий Саульский:
«Однажды, это было летом 1956 года, ко мне на репетицию в клуб МИИТ (Рознера в этот день не было) приехали совсем молодой тогда режиссер Эльдар Рязанов, музыкальный редактор Мосфильма Раиса Лукина и какой-то неизвестный мне полный человек. К этому времени мы с нотным материалом уже познакомились. Большой радости он у меня не вызвал. Я – поклонник Эллингтона, Гершвина, Стена Кентона, изысканной французской эстрады... И вдруг – что-то, как мне показалось, старомодное, траченное молью. И на вопрос Лукиной: «Как вам нравится эта музыка?», не задумываясь, брякнул: «Совсем не нравится. Она какая-то нэпманская, напоминает немецкие шлягеры 30-х годов. Слишком благопристойная...». Все смутились. Потом за рояль сел толстый незнакомец. В одном месте должны были звучать куранты, и пианист стал советоваться, как их изобразить – может, с помощью уменьшенных трезвучий?». Я снова брякаю: «Неужели Лепин не мог что-нибудь пооригинальнее придумать?». Толстяк (в отчаянии): «Да это я – Лепин!». Немая сцена».

Саульский недооценил песни Лепина. Существует легенда, что когда-то на радио «Свобода» забрел сам Луис Армстронг. Он услышал по радио «Песенку о хорошем настроении», взял трубу, начал импровизировать, и, мол, кто-то это записал. Не знаю точно, правда или нет, но что касается одной шестой части суши, там «Карнавальная ночь» имела оглушительный успех. На показы фильма было продано 48 млн. билетов, и он вмиг сделал знаменитыми и режиссера, и актрису, и авторов песен. Ни Рязанов, ни Гурченко этого не ожидали. Эльдар Александрович понял, что недооценил ни жанр водевиля, ни Людмилу Марковну (которую считал слишком манерной). Впоследствии песни станут важной «изюминкой» в фильмах Рязанова, а Гурченко снимется в его «Вокзале для двоих» и «Старых клячах».

«Три белых коня», «Песня о Снежинке» (1982)

Как это ни странно, композитор Евгений Крылатов за свою долгую и успешную карьеру практически не писал обычных песен. И «Колыбельная для Умки», и «Лесной олень», и «Крылатые качели», и «Прекрасное Далёко» писались исключительно по заказу, для кино – обычно на уже готовые стихи.

Е. Крылатов:
«...отдельно от кино я писать не люблю. Когда работаешь над фильмом, песни всегда получаются образные, а иначе будет просто песенка, не больше.
...Когда я пишу песни для кино, то не думаю, понравится эта вещь или нет, принесет она доход или нет. Я выражаю в музыке то, что меня волнует, я все-таки мелодист, и хочу, чтобы мои песни прежде всего проникали в душу и заставляли задуматься».

Песни Крылатова проникали в душу всерьез и надолго. Особую популярность композитор обрел после выхода «Приключений Электроника». И мало кто знает, что режиссеру картины Константину Бромбергу «Крылатые качели» совсем не нравились, и, не торопи его сроки съемок, будущий кинохит вполне мог кануть в Лету.

В 1982 году Бромберг решил снять еще одну картину – теперь по мотивам повести Стругацких «Понедельник начинается в субботу», и приурочить ее к Новому году. Надо сказать, книгам Стругацких никогда не везло (и не везет) с киновоплощениями – обычно они преображались до неузнаваемости. Не стал исключением и фильм Бромберга, названный «Чародеи». Фильм планировался музыкальным, поэтому, вспомнив свой успех с «Электроником», режиссер снова подключил к работе Крылатова.
И снова история повторилась. Бромбергу совершенно не нравились написанные композитором песни. Хотелось чего-то фантастического, ирреального, а у Крылатова, по мнению режиссера, выходило как-то простовато.

Е. Крылатов:
«У нас с ним был очень смешной случай, когда он ко мне пришел с этим мнением. Я очень расстроился и сказал, что уйду с картины. Он как-то на это тоже не решился, мы все-таки как бы друзья, короче говоря, он пошёл домой на Красную Пресню, а я решил вместе с ним спуститься вниз, чтобы достать почту, и пока мы с ним рассуждали о песнях, я очнулся только у Белорусского вокзала, в тапочках домашних и тренировочных штанах. Мы всё с ним шли и не могли никак эту проблему решить. Но потом как-то всё образовалось потихонечку...»

Талант Крылатова снова одержал победу. Саундтрек мгновенно пошел в народ, а песни про белых коней и снежинку закрепились в новогоднем репертуаре.

Часть песен в фильме исполнили сами актеры (например, Абдулов и Светин), на остальные подтянули «тяжелую артиллерию» в лице Ирины Отиевой и Ларисы Долиной. За героиню девочки – Аню Ашимову – петь должны быть тоже девочки. Одной из них была дочь певицы Жанны Рождественской – Оля – которая уже в 8 лет прославилась своим блестящим исполнением «Песни Красной Шапочки» (может, кто-то вспомнит и трогательную песню из м/ф «Девочка и дельфин»). Уже 13-летняя Оля Рождественская справилась и на этот раз, исполнив «Песню про Снежинку» в сопровождении ВИА «ДОБРЫ МОЛОДЦЫ».

Вторая девочка – Света Степченко – спела песню «Три белых коня» в целом неплохо, но Крылатову не нравилась излишняя «юношеская колкость» в голосе. И тут на запись заглянула Лариса Долина. «А давайте я попробую», – сказала она и с первого дубля спела песню таким нежным фальцетом, что впоследствии никто не мог узнать в этом исполнении 27-летнюю джазовую певицу.
Кстати, к песне «Три белых коня» Крылатов относился поначалу очень сдержанно (даже стихи уважаемого им Леонида Дербенева не впечатляли). Композитор был вообще весьма самокритичен.

Е. Крылатов:
«Вот песню про костюмчик я написал таким образом, потому что она нужна была по сюжету. И когда Дербенёв написал слова, я к ней относился очень пренебрежительно. И до сих пор, между прочим, это так. Я очень люблю песню «Загадка женщины». «Три белых коня» я вынужден любить, раз все её любят. А это были просто куплеты для актёров. Там очень смешные, хорошие слова, но какая она есть, такая есть. Там главное – слова.
Вот так мнения композитора и народа иногда расходятся. И кто здесь прав – непонятно».

Теперь, спустя годы, при пересмотре «Чародеев» меня всё чаще посещает ощущение, что фильм на самом деле довольно средний и что, лиши его песен – весь флёр очарования спадёт. Но ностальгия – мощная сила…

Из интервью с Е. Крылатовым:
«– Что самое сложное в профессии композитора?
– Сочинить мелодию. Всем технологическим вещам можно научиться. Но мелодия – это тайна. Слушаешь Вольфганга Амадея Моцарта и думаешь: «Это же Космос!» Каждый раз, начиная работу, я переживаю и думаю, что все уже написано до меня».

В заключение хочу пожелать всем авторам этих песен – и Евгению Крылатову, и Юрию Энтину – встретить Новый год еще много-много раз. На этом я цикл своих историй заканчиваю – про постсоветские новогодние песенки никакого желания писать нет.

С Новым годом вас, уважаемые читатели!

 

 

«...И Новый год, что вот-вот настанет,
Исполнит вмиг мечту твою,
Если снежинка не растает,
В твоей ладони не растает,
Пока часы двенадцать бьют...»

 

 

 

Сергей Курий

Оригинал записи и комментарии на LiveInternet.ru


?

Log in

No account? Create an account